Пользовательского поиска
Экология
Новости
Библиотека
Законодательство
Эко словарь
Заповеди экологии
Ваш вклад в дело
Вы не поверите!
О проекте








предыдущая главасодержаниеследующая глава

ДЕЛО ЗА ОРГАНИЗАЦИЕЙ

Лучше думать перед тем, как действовать, чем после.

Демокрит

Никакое положение не оправдывает бездействия; всегда можно делать что-нибудь не совершенно бесполезное; всегда надобно делать все, что можно.

Н. Г. Чернышевский

Туристские районы - «игровое поле», где организатор туризма и природоохранитель должны расставить по местам «шахматные фигуры» - путешественников. Вопросов для «шахматистов» много: как на одной территории разместить нередко мешающие друг другу группы, какие занятия и роли предложить туристам, как исключить вредный пресс, который испытывает природа под массированным натиском отдыхающего человека. Если территория мала, а групп много, то происходит разрушение какой-то части природы, независимо от желания отдыхающих. Тяжесть решения проблемы в таком случае ложится на проектировщиков, ландшафтных архитекторов, организаторов туризма.

Сейчас всем ясно: остановить туристское движение невозможно. Значит, надо правильно, со знанием дела, придать ему определенные формы, направить хотя бы часть его в определенные районы, чтобы свести к минимуму необратимые явления в природе, которые вызываются стихией неорганизованных путешествий.

Можно ли считать, что организационно-технические вопросы охраны природы в туристских районах уже решены?

К сожалению, охрана природы активно контролируется лишь непосредственно на туристских базах, в центрах отдыха, заповедниках, заказниках. Во многих областях и краях, как указывалось в сообщении академика И. П. Герасимова и профессора В. С. Преображенского на Всесоюзной конференции по проблеме «Развитие индустрии туризма в СССР», «территории, где концентрируются линии плановых и тропы диких туристских маршрутов, как и районы пригородного краткосрочного отдыха, не имеют хозяина, остаются без присмотра. Земля, по которой шагают и едут миллионы отдыхающих, где ставятся сотни и тысячи палаток, никем не обустраивается, не обслуживается, не охраняется».

Использование массовым неорганизованным туризмом природных ресурсов порой похоже на действия первобытных племен, которые огнем и топором добывали себе место под солнцем, участок земли под посев, луг под выгон. Конечно, таких примитивных желаний современный горожанин не испытывает. Но технология использования им даровых благ природы, увы, напоминает древний «подсечно-огневой» метод наших праотцов.

В контрасте с такой отсталой технологией находится метод «глобальных решений», весьма модный у архитекторов, увлеченных масштабностью и конструктивными возможностями крупных туристских центров. Возьмем, например, проекты планировки Домбая, Красной Поляны, Прибайкалья. Каждый из этих комплексов сможет в будущем принимать одновременно десятки тысяч туристов. И так круглый год, возможно за вычетом одного месяца на ремонтные работы различного рода сооружений. А природа? Если тысячи людей будут только пребывать (без нарушений правил охраны природы) в свободном режиме в ближайших окрестностях комплекса, то через какое-то время окружающая природа, се красоты и оздоровительные факторы резко обесценятся. Следом опустеют и обесценятся гостиницы и турбазы, омертвятся дорогостоящие основные фонды.

Чтобы избежать такого истощения, вероятно, можно запланировать в штаты комплексов ландшафтоведов, лесо-устроителей, биологов и... специальных уборщиков туристских трасс. Последнее приходится делать потому, что, несмотря на все воспитательные меры, у какой-то части людей остается неистребимым желание «разрядиться» на природе. С этим частично можно бороться, выставляя специальные доски и книги для автографов или вручая, как это делали в некоторых американских национальных парках, автотуристам на въезде большой короб для мусора: если при выезде короб оказывается пустым, с туристов взимается штраф. Однако в любом случае избежать уборки маршрутов обычно не удается. В масштабе такой страны, как Англия, после «уикенда» - воскресного отдыха в туристских зонах собирается до 10000 топи мусора, причем па уборке и восстановлении ландшафта бывает занято несколько десятков тысяч человек одновременно.

До пуска туристских центров надо тщательно оформлять в ландшафте прогулочные маршруты. Часть же рекреационной территории (до двух третей) считать резервной зоной и включать ее в эксплуатацию только по мере перевода вытоптанных земель на восстановительный режим. Одним словом, применить своеобразную туристскую «трехпольную» систему.

Не на пользу охране природы идет современная раздробленность природного комплекса между десятками ведомств - его туристскими землепользователями. Поэтому большинство туристско-оздоровительных лагерей и баз предприятий не имеют нормального водоснабжения и канализации, не имеют современных очистных сооружений, не озеленяют свои территории. А сделать это при одном хозяине, например Центральном совете по туризму и экскурсиям, было бы куда быстрее и экономичнее.

За туристской организацией необходимо прямое закрепление определенных территорий, что создаст заинтересованность в этих землях и одновременно повысит ответственность за их сохранность и расширенное воспроизводства

so природных ресурсов. Сроки закрепления должны быть возможно более длительными. На деле бывает иногда наоборот. Так, из сообщений на Втором Всесоюзном совещании по географическим проблемам туризма и отдыха (ноябрь 1972 года) выяснилось, что на Днепре кое-где сложилась практика ежегодного закрепления островов для зон отдыха трудящихся конкретных предприятий. На следующий год предприятие получает уже новый остров (старый годится только на «слом»). И так далее. Где уж тут думать об очистке, озеленении, не говоря уже о рекультивации земли!

В целях охраны природы в зонах развития стационарного туризма, вероятно, необходима не только обычная служба лесной охраны, но и специальная лесная должность - администратор по туризму.

В таежных малоосвоенных лесах, где отдых часто принимает форму туризма охотничье-рыболовного, рационально иметь сеть егерских кордонов и отдельные «туристские фактории». Егеря, периодически объезжая туристские хижины и стоянки, смогут консультировать путешественников, оказывать помощь новичкам, эффективно контролировать их поведение, а в случае необходимости - использовать и меры наказания.

В слабонаселенных местах ученые предлагают сооружать для стационарных туристов традиционные лесные избушки. Такой «избушечный комплекс» может включать простое рубленое жилище на 4-6 человек, баню-каменку, лабаз, навес, необходимые хозяйственные принадлежности, простейшую «мебель», другие виды специального снаряжения в зависимости от местоположения приюта (например, лодку). Рассчитано, что на небольших реках в таежной зоне избушки можно располагать через каждые 3-5 км. Таким образом, на реке средней величины будет до сотни уединенных мест отдыха, где туристам удобно охотиться и рыбачить, не мешая друг другу.

Массовое туристское освоение северных, приполярных и высокогорных районов должно вестись с большой осторожностью. Нельзя, поддавшись конъюнктурным соображениям, широко распахнуть для неорганизованных масс те природные зоны и области, где почвы, растительность, животные близки к пределу своего естественного существования. Не следует особенно радоваться тому, что сейчас в туристском отношении Север начал конкурировать с Югом, что северная Сибирь - туристская целина. На восстановление дерева, вырубленного на этой целине, потребуется в 3-4 раза больше времени, чем где-нибудь в молдавских Кодрах. А сожженные в высокогорье на туристском костре тяныпаньская арча или кавказский рододендрон, вероятнее всего, и вообще не восстановятся.

В целях охраны природы в подобных районах туризм должен быть не только рассредоточенным (спортивные группы), но и привязанным (познавательно-экскурсионные группы) к дорогам, тропам или водным путям сообщения. Иначе нам может грозить повторение печального опыта освоения американского Севера.

По оценке Баттелевского института, данной пять лет назад, ожидалось, что к 1980 году Аляска примет 850 тысяч туристов ежегодно и будет получать от них до 40% национального дохода. Для северо-западной Канады приводились цифры в 550 тысяч человек и 18% дохода. Сегодня эти прогнозы нарушены моторизованным нашествием: 250 тысяч вездеходов, ежегодно появляющихся на американском Севере, перепахали тундру уродливыми канавами, лишили ее дикого очарования для пешего путешественника, распугали оленей и волков, обесценили казавшиеся богатейшими туристские ресурсы экзотической субарктики.

Дело не в том, что нельзя строить, развивать, осваивать какие-то районы для туризма, а в том, как правильно это делать. Делать же надо обязательно в целях сохранения самой природы. Иначе освоение пойдет стихийным порядком и может, как тайфун, смести с лица земли красоту на многие сотни километров. Больше того, планомерная организация мест туризма и охрана их природных ресурсов должны идти с опережением массовости туризма.

Если охотникам-промысловикам, органам лесной охраны и вообще профессионалам реально необходимы вездеходы, моторные лодки, вертолеты, автонарты и подобные виды механизированного транспорта, то современным туристам - тем, кто действительно стремится быть ближе к природе, - нужно нечто противоположное. Для них куда интереснее будет передвижение на лошадях, верховых оленях, на собачьих и оленьих нартах, туркменских верблюдах, на архангельских осиновках, хантских долбленках, эвенкийских берестянках, удэгейских оморочках и других экзотических видах транспорта.

Вред природе в диких и малоосвоенных районах можно принести не только вытаптыванием, выжиганием растительности, распугиванием зверей, но и нарушением эстетических достоинств местности, ломкой ее ландшафтной гармонии. Не будем судить, как будут выглядеть берега островов Новой Земли, когда на них поднимутся новые турбазы. Но уже и сейчас многие альпинисты-высотники, в том числе покоритель Джомолунгмы Э. Хиллари, считают, что возведение в центре Гималаев высокогорного отеля «Эверест» (в каждом номере кислородный прибор...) лишь обесценило район и существенно обезобразило его природу.

«Охрана природы и памятников старины - составные части единой задачи сохранения разнообразия... - справедливо утверждает географ Б. Б. Родоман. - На нашей планете скоро не останется мест, где в поле зрения путешественника не попало бы какое-нибудь искусственное сооружение, поэтому будущее туризма зависит прежде всего от строителей. Если культурные ландшафты будут повторяться, как узоры на обоях, путешествие потеряет всякий смысл».

Интересно, как в этом плане меняется отношение к болотам и пустыням. До недавних лет кроме людей, связанных сугубо производственной необходимостью, их посещали лишь охотники да редкие туристские группы, а мысли природоохранителей были направлены на мелиорацию и освоение «бросовых земель». Со временем специалисты начали предупреждать, что «целесообразность осушения болотных низменностей сомнительна даже с точки зрения дальновидного планирования сельского и лесного хозяйства: за высокие урожаи первых лет приходится расплачиваться пожарами переосушенпых торфяников и развеванием песков; на соседних возвышенностях понижается уровень грунтовых вод, усиливается эрозия почв, ухудшается водоснабжение» (Б. Б. Родоман).

Правильная переоценка традиционных взглядов на болото как на «гиблое место» позволила создать в нашей стране ряд охраняемых болотных территорий. Так, в Белоруссии в целях сохранения естественного состояния природных комплексов болот на водоразделах и у истоков рек объявлены гидрологическими заказниками республиканского значения болотные массивы «Заозерье», «Выгоно-щенское», «Ельня», «Дикое».

Под давлением общественности правительство США недавно было вынуждено отказаться от строительства в болотном районе Флориды Эверглейдсе крупного аэропорта и приняло решение, «противоречащее очевидной коммерческой выгоде... Постройка огромного аэропорта для реактивных самолетов обещала владельцам будущих отелей, ресторанов, магазинов, кинотеатров огромные прибыли... превышающие в 50 и даже в 500 раз доходы, которые приносит миллион с лишним туристов, ежегодно посещающих район Эверглейдс». Зато болото - с аллигаторами, пантерами, белохвостыми оленями, ядовитыми змеями - было спасено от грохота реактивных лайнеров, отработанных газов, промышленных отходов, сточных вод и других «прелестей» подобного рода.

Также изменцлись взгляды и на пустыню. Борьба с пустыней все чаще начинает заменяться ее рациональным использованием и охраной. Несомненно прав географ профессор С. Т. Викторов, считающий, что «надо прививать молодежи правильный взгляд на пустыню, как на сложное природное явление, которое не может быть просто уничтожено или «отменено».

Воспитанные в духе покорителей природы, мы зачастую не замечали, насколько самоуверенно и противоестественно звучат иные названия туристских экспедиций или заголовки газетных корреспонденции о них: «Шестеро против тундры», «Наступление путешественников на пустыню продолжается», «Туристская экспедиция поможет осушению болот».

Остановимся. Не надо хвастливых «против» и «наступлений». Далеко не всегда надо болота - осушать, пустыню - обводнять, реки - запруживать или поворачивать. Пора отказаться от представления, что та или иная географическая зона, ландшафт или просто вид животного или растения представляет собой «ошибку природы», которую мы призваны исправить, и преувеличивать наши возможности.

«Не будем .. - писал еще Фридрих Энгельс, - слишком обольщаться нашими победами над природой. За каждую такую победу она нам мстит. Каждая из этих побед имеет, правда, в первую очередь те последствия, на которые мы рассчитывали, но во вторую и третью очередь совсем другие, непредвиденные последствия, которые очень часто уничтожают значение первых».

Это не значит, что человек, не может спорить с природой. Вооруженный современной техникой, опираясь на научные прогнозы, он «должен устраивать Землю так же заботливо, как он привык устраивать свое жилье, свой дом» (М. Горький).

Градостроители и проектировпщки все чаще приходят к выводу, что ландшафт не может быть сохранен только пассивными методами - различными ограничениями посещаемости, установлением запретных зон и т. п. Для сохранения ландшафта нужны активные действия: укрепление склонов, прокладка троп к интересным панорамным точкам, прорубка видовых просек, расселение животных, насаждение наиболее устойчивых комбинаций растительности для различных видов туризма с неполегающей травой, защитными куртинами, «топороустойчивым» древостоем. Такие действия могут, в свою очередь, «разбудить» и другие природные ресурсы.

Прелесть лесной тишины для путешественника в ее голосах: шелесте ветра в кронах деревьев, звоне ручья, перекличке птиц. Особенно приятны для уставшего от городской какофонии туриста звуки, издаваемые певчими птицами - соловьем, пеночкой, славкой. Кроме того, певчие птицы - изощренные насекомоловы, истребители лесных вредителей. Но скворешником или дуплянкой их не заманить в туристское угодье. Им нужен тот самый подлесок, который мы так старательно топчем и выламываем. Только в зарослях черемухи, калины, бузины, рябины, сирени, боярышника, облепихи, жимолости, акации и других кустарников можно сохранить этот звучный «туристский» ресурс.

Лесоводы уже выделили несколько разновидностей защитных лесных зарослей. Например, посадки хорошо кустящейся сахалинской гречи. Прошлогодние мертвые побеги у нее очень прочны, колки и, густо переплетаясь с зелеными ветвями, образуют отличную естественную преграду для людей и уютное гнездовье для певчих птиц.

Как ни странно, но именно некоторые туристские организаторы почему-то считают своей обязанностью всемерно «озвучивать» природу. С утра до вечера с территории иных турбаз на окрестные леса низвергается каскад бодрых маршей и песен; на предприятиях коллективные массовки «на природу» сопровождаются выездом специальных звукоусилительных радиомашин. Не мудрено, что и отдельные туристы, прихватив с собой транзистор или магнитофон, создают в пригородных зонах, на берегах рек и водохранилищ обстановку, малопригодную для нормального отдыха и совсем уже исключающую соседство дикой фауны. Между тем охрана тишины - это охрана пения птиц, стрекота кузнечиков, журчания ручья, «зеленого» шелеста леса, охрана животных и здоровья человека.

Долг опытного туриста - разъяснять несознательным товарищам вред, наносимый неумеренным проявлением их звуковой активности. Правилом поведения путешественников должен стать призыв: «Не шуми - послушай голос леса!» Именно ему отдали предпочтение многие читатели газеты «Вечерний Ленинград», когда на ее страницах был проведен конкурс заповедей для «Кодекса туриста». Борьбу за тишину в природе можно интересно организовать в форме массовых мероприятий. Так, в июне 1969 года под девизом «Пусть только птичья трель звучит в лесных массивах» в Винницкой области был проведен «Месяц лесной тишины». На примере ряда мест загородного отдыха в нашей стране, а также ГДР, Австрии, Италии, Франции (где пользование транзистором в общественном месте карается штрафом) можно считать, что ликвидация беспокоящих шумов вполне посильное дело.

Ценность туристских земель будет год от года повышаться. Чем сильнее «пресс» цивилизации, тем важнее сберечь в неизмененном виде места, где человек может общаться с животными, растениями, мертвой природой. Поэтому нужно добиться действенной защиты туристских угодий.

Было бы целесообразным распространить на дирекции будущих туристских территорий право привлекать нарушителей к административной ответственности. Иначе может сложиться такое же положение, как и в службе охраны заповедников, не имеющей сейчас возможности на месте штрафовать за нарушение правил заповедности, охраны вод или пожарной безопасности, а обязанной, составив протокол, передать его дирекции заповедника, которая, в свою очередь, пересылает его в административную комиссию исполкома городского или районного Совета депутатов трудящихся по месту постоянного жительства нарушителя.

Зачем давать возможность отдельным недисциплинированным людям (пойманным за руку при неблаговидном поступке) уходить от ответственности за порчу лесов и парков лить потому, что административные комиссии просто не успевают рассмотреть потоки протоколов в течение установленного законом срока (месяца со дня совершения проступка)? Ведь туристы приезжают с разных концов страны, а путь протокола по инстанции (общественный инспектор - дирекция национального парка - пересылка, к примеру, от Байкала до Донбасса - очередь на разбирательство в административной комиссии) - дело не быстрое.

Такое же уточнение законодательных актов для территории туристских парков нужно и в случае незаконной охоты. Последняя (при необходимости наложения штрафа) раньше каралась решениями административных комиссий по месту прописки браконьера, проживай он хоть за тридевять земель и десяток часовых поясов от того угодья, где совершил проступок. Не слишком ли завидная «экстерриториальность» для нарушителей?

Наконец, желательно повышение мер наказания за порчу памятников природы - важнейших туристских достопримечательностей, национальной гордости страны. Нельзя сказать, что такой пункт отсутствует в Уголовном кодексе РСФСР: за умышленное разрушение памятника природы предусмотрены лишение свободы на срок до двух лет, исправительные работы на срок до одного года, или штраф до 100 рублей. Однако привлечение к уголовной ответственности возможно, если виновный сознает, что он уничтожает памятник природы, и желает совершить такие действия.

Но попробуйте найти сейчас такого «простака»! В любом другом случае - изуродовал ли он крупнейший в стране гейзер «Великан», изрезал ли инициалами старейшее дерево Литвы и всей Европы-Стельмужский дуб, расстрелял ли из тозовки сталактиты в алтайской пещере - с него больше, чем штраф в 10, максимум 50 рублей (и то, говоря языком юристов, «только в порядке особой необходимости усиления ответственности»), не возьмешь...

В сентябре 1971 года вступили в силу Основы водного законодательства Союза ССР и союзных республик, в которых закреплено право пользования водоемами в оздоровительных целях, для отдыха и спорта наравне с правом их использования для хозяйственных нужд. Это дает основание ставить вопрос о выделении ряда рек и водоемов для нужд туризма и усиления их охраны от всякого рода загрязнений или иной порчи.

Юристы и природоохранители справедливо считают, что «вне зависимости от ведомственной направленности в водохозяйственных проектах стоит предусмотреть специальные разделы, посвященные организации отдыха и туризма... Следует оговорить перечень водоемов, приоритет пользования которыми принадлежал бы туристам-водникам. Для Московской области, например, признанными «байдарочными» реками стали Истра, Лопасня, Нара, Протва. Закрепление за такими реками статуса туристских могло бы служить юридической гарантией интересов туристов» (Л. Шейнин. Малым рекам - чистоту. «Турист», №5,1972).

Многие специалисты - лесоводы и охотоведы справедливо считают, что наступило время, когда их ведомствам надо серьезно заняться организацией определенных форм туризма. И прежде всего это нужно для самой охраны лесной флоры и фауны.

Судя по выступлению председателя Государственного комитета лесного хозяйства Совета Министров СССР в журнале «Турист» (1973 год, № 1), лесохозяйственные организации страны будут более активно подготавливать и оборудовать территории для туристов. По расчетам Госкомитета, «в палаточном лагере на площади в 1 га можно за 3 месяца предоставить ночлег 10 тысячам туристов, почти не нарушая окружающей природы. В то же время небольшая группа неорганизованных туристов в состоянии захламить такую же площадь за одни сутки».

Удачный опыт совместной работы лесхозов и туристских организаций уже имеется в Эстонии, в некоторых районах Подмосковья, в Ленинградской области. Например, создание под Ленинградом, недалеко от станции Сосново, 25 образцовых стоянок для самодеятельных туристов.

Другая организационно-техническая проблема развития безопасного для природы отдыха - наличие необходимого туристского снаряжения, инвентаря, оборудования. Не секрет, что во многом именно из-за отсутствия хороших костровых принадлежностей, легких и дешевых газовых плит и примусов, палаток с удобными транспортабельными стойками и колышками, надувных матрацев вырубается лиственный молодняк на колья, колышки, перекладины и рогатины для очагов и палаток, ломается ельник на подстилку. Претензии на недостаток и некачественность снаряжения должны быть обращены прежде всего к промышленности и торговле. Туристские организации - лишь потребители такой продукции и по существующему положению не обладают функцией технического контроля за качеством снаряжения, не могут осуществлять техническую политику по туристскому инвентарю и снаряжению. Конечно, и в этих условиях можно добиться определенных успехов. Ряд советов по туризму и экскурсиям пробует наладить свое производство «безопасного» для природы снаряжения, организует выставки и пропагандирует самодельные приспособления, сберегающие «зеленого друга», практикует «малую модернизацию» снаряжения.

Важным рычагом регулирования «туристского пресса» на природу служит транспорт. Известны случаи, когда за 1-2 месяца отдельные участки зон отдыха доводились, по вежливой терминологии ученых, до последней стадии дигрессии только из-за того, что речное пароходство увеличивало вдвое-втрое число субботне-воскреспых рейсов на том или ином направлении. Поэтому деятельность транспортных организаций - пригородной железной дороги, пароходства, автобусных агентств - должна предварительно согласовываться не только с клиентом - туристом, но и с природоохранительным органом. «Во многих случаях, - считает Б. Б. Родоман, - доступность надо ограничивать, чтобы сдерживать проникновение излишних масс людей в зону рассредоточенного отдыха. И, напротив, всякое улучшение транспортной доступности должно повлечь за собой изменения санитарного и природоохранительного режима... В противном случае стихийное использование... неконтролируемыми массами отдыхающих наносит непоправимый ущерб».

Перечень проблем можно продолжить, но представим, что основные из них уже решены. Рискнем заглянуть в будущее.

Вы, турист завтрашнего дня, обращаетесь в бюро путешествий. Вам предлагается целая сеть различных территорий, где можно без ущерба природе удовлетворить свои познавательные и оздоровительные интересы.

Природный парк, музей или памятник природы? Пожалуйста, каталог. Там же расписание работы, правила посещения и адреса ближайших турбаз, кемпингов, гостиниц, автостоянок. Зачем адреса? А как же, там вы можете оставить свой автомобиль: дальше по парку движение только пешком или на конных повозках, а по реке - на безмоторных лодках, байдарках, парусниках. Около музея природы нет пи мест ночлега, ни торговых точек, ни кафе. Конечно, и близ памятника имеется скрытая канализация, закомуфлированное под роднички водоснабжение и кое-что положенное по исторической реконструкции - оборонительный редут, старая мельница, хутор. Но собственно туристский досуг, включая отдых, покупку сувениров, вам придется проводить на почтительном расстоянии от природной реликвии...

Туристские рыболовно-охотничьи угодья? Пожалуйста, перечень. Действуют круглый год, но с различной специализацией по сезонам, в том числе для подводной охоты, наблюдений за пернатыми, киноохоты, как биологические лектории. Имеются «научно-естественные» тропы - по сути туристские маршруты с подробными описаниями природных достопримечательностей и объектов охраны природы. Входя в такую зону, не забывайте, что находитесь в оазисе полной тишины и покоя. Для «большой охоты» советуем воспользоваться услугами лесоохотничьих организаций. Например, в бассейне Байкала. Там, согласно сделанным в 1971 году расчетам Главного управления по охране пргроды, заповедникам и охотничьему хозяйству, должны действовать три новых крупных лесоохотничьих хозяйства, которые единовременно принимают до 20 тысяч туристов, из них 10-20% - как охотников...

Обычные пригородные туристские маршруты? Сколько угодно. Рекомендуем предварительно ознакомиться с принципиальной схемой пригородного отдыха, разработанной доктором наук Б. Б. Родоманом, и выбрать то, что вам по вкусам, интересам и силам.

Для начала можете воспользоваться зоной концентрированного туристского отдыха с полным обслуживанием. Она расположена не далее 10 минут от остановок общественного транспорта. В вашем распоряжении зеленые насаждения паркового типа с электрическим освещением и ежедневной механизированной уборкой, аллеи, пешеходные дороги с искусственным покрытием. Размещение только в капитальных сооружениях.

Зона массового туризма с неполным обслуживанием расположена в 20-30 минутах от остановки общественного транспорта. Здесь ландшафт лесопарков и лугопарков с видимостью естественной природной обстановки. К вашим услугам немощеные пешеходные дорожки, скамейки, навесы, родники, прокат туристского снаряжения. Не забывайте, что повсюду имеются мусорные ящики и туалеты. Не приходите со своей палаткой - ночлеги только в стационарных домиках и коттеджах.

Если все же желаете развести костер и провести ночь в палатке, добро пожаловать в зону массового туризма с самообслуживанием. До нее 30-60 минут ходьбы. Здесь нет торговых или прокатных точек: продовольствие, снаряжение, спортивный инвентарь надо приносить с собой. Костры допускаются только на специально оборудованных площадках, как и палатки, для которых обязательны заранее приготовленные каркасы, стойки, колышки. Территория убирается раз в неделю после выходных дней.

Наконец, на расстоянии не ближе чем в часе ходьбы от ближайшей остановки общественного транспорта находится зона рассредоточенного и маршрутного туризма с полным самообслуживанием. Она охватывает леса и луга, чередующиеся с небольшими участками сельскохозяйственных земель, и предназначена для одно- и двухдневных пеших, лыжных, водных и верховых походов протяженностью от 5 до 70 км. На пути устроены постоянные площадки для обеденных привалов и приюты* для ночлега, с тем чтобы на остальном маршруте вы не разжигали костров и не ставили палатки. Лри желании, от привальной площадки по прогулочным тропам всегда можно выйти к двум-трем приютам, а оттуда по туристской автодороге к транзитному шоссе.

Как видите, выбор большой. Причем основная задача по поддержанию режима природного парка, рыболовно-охотничьего угодья или пригородной туристской зоны - сохранение определенного соответствия между величиной туристской нагрузки и уровнем санитарно-природоохрани-тельных мероприятий...

Итак, приемов природоохранительного благоустройства мест отдыха много. С чего начинать сегодня? Для туристских организаций - местных советов, турбаз, клубов, крупных секций - одной из наиболее реальных форм первичного благоустройства местности может быть прокладка троп и маркировка маршрутов.

Тропы... У скольких читателей-туристов тоскливо заныло сердце: «Дожили! Ходи теперь только по чужим следам, разве это туризм?» А вспомните, много ли было случаев, когда мы ходили по бестропью? Чем труднопроходимее леса Саян или Забайкалья, тем внимательнее присматривается путешественник к слабым затесам чьего-то старого маршрута, старается воспользоваться любой попутной звериной тропой, а потеряв ее, готов потратить полдня на поиск, но не ломиться «вслепую». Можно смело утверждать, что 99% пеших таежных маршрутов проходят по тропам. Единичные же случаи движения «только по компасу» можно скорее всего отнести к небезопасным экспериментам или к актам отчаяния и крайнего недомыслия путешественников.

То же в горах. Поднимаясь в альпийской зоне Кавказа или Алтая, всегда верим в «умную» тропу, которая может сделать лишних десять петель в обход непроходимых ущелий, но куда быстрее и с меньшими усилиями, чем лобовой подъем, приведет туриста к перевалу. А если турист - охотник? В очень многих случаях охотники-профессионалы (например, таежные промысловики) передвигаются именно по тропам-путикам. В лесах из широколиственных пород, например в буково-грабовых угодьях Карпат, для успешной охоты приходится специально рыть тропы - «копанки» и регулярно очищать их от хрустящего слоя веток и листьев. Ну, тогда, наконец, зачем нам знаменитый азимут? Чаще всего для того, чтобы, пользуясь попутными тропками, лыжнями, просеками, проселочными дорогами и учитывая их отклонения (а также проходимость и эстетичность окружающей местности), выдержать общее направление движения к назначенному пункту.

В конечном счете, даже альпинистские маршруты или трассы на соревнованиях по скалолазанию - тоже тропы, правда вертикальные или очень крутые, требующие особой техники передвижения, по все же тропы, маркированные турами, старыми крюками, а то и краской.

Тропа - важный туристский ресурс и средство сбережения природы. Но и им нужно пользоваться умеючи. Если в малиннике или па земляничной вырубке кто-нибудь попробует специально «заложить» туристский терренкур, то это будут зря потраченные средства: ягода (в сочетании с крапивой) сама рассредоточит отдыхающих. Как средство охраны ландшафта излишни тропы (кроме транзитных) в местах не массового туризма и там, где природа сильна и устойчива. Например, в разновозрастных хвойных массивах Южной Сибири. Но тот же бор, особенно лишайниковый, когда он входит в зону массового отдыха, необходимо тщательным образом обойти туристской тропой, а его самого объявить заказником или оградить сеткой, как это сделано у пицундского пляжа.

Характер и покрытие туристской тропы должны определяться конкретными требованиями ландшафтной и природоохранительной практики, степенью неустойчивости ландшафта к воздействию человека. В горной местности узкую тропу, поднимающуюся пологими серпантинами, несложно уложить плоскими камнями. Дюнные побережья, зандровые и развеваемые пески можно пересечь деревянными настилами. При пересечении заболоченных участков (Полесье Белоруссии), как и при обзорном траверсе альпийских гребней (Высокие Татры), туристская тропа должна иметь вид гати или легких мостиков-эстакад.

Тропа тропе - рознь. Кто мешает так проложить тропу, чтобы она напоминала своеобразную и желанную для спортивного туризма полосу препятствий: с преодолением крутых склонов, мощных стволов поваленных поперек деревьев, психологически «острых» гребней, шатких мостков или тросовой переправы в «люльке». Таких естественных преград на тропах самодеятельных туристов в отдаленных районах сколько угодно. Не сделать ли их (конечно, для подготовленных людей, что должно быть обозначено маркировкой) и в пригородных зонах? Повезло красноярцам - у них под боком Столбы, а москвичам, если они альпинисты, туристы-горняки или спелеотуристы, приходится тренироваться на исторических руинах в Царицыно, в Домодедовских каменоломнях или искать где-то еще чудом сохранившиеся дикие кусочки ландшафта, которые по всем правилам должны бы находиться в строгом заповедном режиме.

С этой точки зрения не мешает призадуматься, всегда ли правильно мы ведем санитарные рубки, очистку леса от бурелома, старательно засыпаем городским мусором и производственными отходами овраги, выравниваем и разглаживаем пригородную природу. Лозунг «Создадим идеальные условия для отдыхающего и природы» нужно выполнять в расчете па удовлетворение запросов не только немощного пенсионера или детей ясельного возраста. Собрав весь валежник, вырубив перестойные дуплистые деревья и сухостой, не уничтожим ли мы этим убежища животных, не отвадим ли птиц, не лишим ли лес того, чем он именно и дорог туристу?

Туристские тропы должны быть обозначены специальными маршрутными знаками - маркировкой. Эти знаки наносятся на местных предметах - камнях, столбах, деревьях, строениях и дают человеку наглядную путевую информацию о рекомендуемых маршрутах, достопримечательных объектах, бивуачных площадках, местах, где можно найти чистый источник воды, сухие дрова, развести костер и т. п.

Природоохранительная роль маркировки проявляется в том, что она концентрирует людей на дорожной и тропиночной сети, предлагает для ночлегов уже готовые лагерные площадки, т. е. переносит основную нагрузку на заранее запланированные участки местности.

Основным элементом маркировки служат «марки» - многоцветные знаки стандартных размеров. Реже используются указатели, пояснительные знаки, картосхемы. При трехцветной маркировке появляется возможность выделения нескольких типов мрашрутов: например, природопознавательных, прогулочно-оздоровительных, маршрутов «полной тишины»; появляется возможность учитывать избирательность людей к тем или иным природным объектам.

Это так же позволяет рассредоточить - соблюдая интересы природы и туристов - нагрузки и на почвенный покров и на нервную систему человека в местах скопления мешающих друг другу групп отдыхающих. Или, говоря языком рекреационной географии, маркировка способствует увеличению емкости природных комплексов, помогает решить проблемы территориальной несовместимости отдельных форм активного отдыха.

Набор условных знаков маркировки позволяет популяризировать природные достопримечательности, подчеркивать их ценность, акцентировать внимание па уникальном, неповторимом, помогает развивать любовь к природе.

В некоторых странах маркировка носит общенациональный характер: в Чехословакии, например, несколько лет назад была торжественно установлена миллионная «марка». Накопленный опыт говорит о том, что маркировка, как правило, успешно управляет поведением человека. Она становится как бы невидимым лидером туристской группы: направляет движение, задает скорость и решим дня.

Она же ставит логические преграды перед заповедными объектами, способствует повышению пожарной безопасности, создает более спокойные условия обитания для животных. С помощью запретных знаков можно временно исключать из «туристского оборота» отдельные территории для их профилактического «ремонта» и других подобных мероприятий.

Но маркировка имеет одну существенную особенность, которая при неумелой организации дела может превратить ее из блага в зло. Маркировка должна быть эстетичной, неназойливой, умело вписанной в ландшафт. Нанесена марка грубо, неряшливо или излишне витиевато - испорчены пейзаж, естественная гармония, природное очарование местности. Чуть нарушена тактичность даваемых маркировкой рекомендаций, вызывающе много расставлено запрещающих знаков - и они могут превратиться в мишень для экспансивных владельцев гладких стволов...

Но там, где соблюдены все необходимые нормы, маркировка вызывает лишь положительные эмоции. Не мешая путешественнику вступать в контакт с природой, не «ломая» ландшафта, она своеобразно очеловечивает его. Снимает ту психологическую напряженность, которую испытывают некоторые люди, попадая в новую для них обстановку, особенно если она отличается резкой контрастностью форм рельефа, суровостью климата, дикостью первозданной природы.

Тропа и маркировка могут регулировать направление движения, но не его плотность. Не исключено, что когда-нибудь на перекрестках туристских стежек появятся светофоры (к тому времени, конечно, на компьютерах, связанных с локаторным устройством). Нужны светофоры будут не только для охраны природы, но и для создания «эффекта уединенности» посетителям, для их информированности о свободных или загруженных в данный момент туристских территориях. Кстати, один из вариантов плотности посещения предполагает такие требования: при движении туристов по мощеной тропе допускаемая плотность 75-100 человек в час, по земляной тропе - 50-75 человек в час, по лесной необработанной тропе - 10-50 человек в час.

предыдущая главасодержаниеследующая глава



Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru
© Злыгостев Алексей Сергеевич - подборка материалов, оцифровка, статьи, разработка ПО 2001-2018
Вдохновитель и идеолог проекта: Злыгостева Надежда Анатольевна
При копировании материалов проекта обязательно ставить активную ссылку на страницу первоисточник:
http://ecologylib.ru "EcologyLib.ru: Экология"